Главная / Русский мир / Историческая дилемма русского выбора в проектировании глобального будущего человечества

Историческая дилемма русского выбора в проектировании глобального будущего человечества

            Наступившее столетие обозначило начало глобальной эпохи в формировании человечества как единого социального целого, живущего по универсальным законам созидательной деятельности людей. Прежняя деструктивная стратегия исторической практики человечества, основанная на противоборстве общественных сил,  исчерпала с появлением ядерного оружия свой жизненный ресурс и должна быть устранена из социальной реальности логикой конструктивного разума, нацеленного на согласование интересов основных этнокультурных сообществ мировой цивилизации.

В пространстве глобального социума главным фактором общественной жизни становятся духовно-нравственные приоритеты народных масс, исторически сформированные особенностями их взаимодействия с природной средой. Южные народы, взращенные теплом окружающей природы, исповедуют в своих сознательных действиях мировоззренческий натурализм и видят в социальной традиции вполне разумное основание собственной жизни, оттачивая ее нравственные контуры жестким подавлением нетрадиционных форм поведения людей и направляя главные усилия на укрепление социального канона. Народы западной и восточной цивилизаций, проживая в разнообразных природных зонах, крайне переплетенных на Западе и более массивных, пространственно объемных на Востоке, преодолевают в своих действиях господство мировоззренческого натурализма и раздвигают рамки «социальной нормы» в противоположных направлениях, «социального индивидуализма» и  «общественного патернализма».

Если нравственные усилия «восточного социума» нацелены на воспитание в массах духа коллективизма, нравственного согласия, общественной гармонии, то западное сообщество пронизано духом индивидуализма, межличностного соперничества людей, где каждое новое поколение граждан, руководствуясь игрой личных интересов, отвергает традиции недавнего прошлого и устанавливает новые правила социального поведения, свергая прежних кумиров и возвышая новых. В этой «инновационной» стратегии западного образа жизни пробуждается к самостоятельному участию в мировой истории творческий, концептуально-теоретический ресурс общественной практики. Однако его идеально-разумный план действий постоянно нарушается логикой «социального индивидуализма», нацеленного на достижение успеха любыми средствами и прежде всего силовыми как наиболее «эффективными»: «война всех против всех» — вот главный закон западного сообщества, угрожающий ныне историческому будущему всего человечества. «Религия современной Европы, – предупреждал в начале ХХ столетия россиян Д. Мережковский, – не христианство, а мещанство. От благоразумного сытого мещанства до безумного голодного зверства один шаг. Не только человек человеку, но и народ народу – волк. От взаимного пожирания удерживает только взаимный страх, узда слишком слабая для рассвирепевших зверей. Не сегодня, так завтра они бросятся друг на друга и начнется небывалая бойня» (Мережковский Д. Грядущий хам // Мережковский Д. «Больная Россия». –  Л.: Изд-во ЛГУ, 1991. – 272 с., с.29-30). Нарастающий потенциал этой всемирной бойни и определил общий ход развития мирового сообщества прошлого века: в новом столетии такая деструктивная стратегия социально-исторического процессаобрекает на гибель все человечество, требуя от него коренного перестроения своих действий на основе генерализациитворческих ресурсов общественной практики.

Народы северной цивилизации, проживая в жестких условиях природной среды и потому вынужденные с особым вниманием следить за ее наставлениями, должны в то же время с максимальной полнотой использовать в собственных действиях конструктивный потенциал разума, освобождающего людей от внешней зависимости, направляющего их по пути творческого обновления бытия и открывающего перед ними необъятные просторы Вселенной. Социальным ядром северной цивилизации выступает российское общество, этнокультурным лидером которого является русский народ. Сегодня именно русский народ должен наметить разумно-всеобщие, всемирно-созидательные перспективы глобального будущего человечества.

Историческое развитие мирового сообщества убедительно свидетельствует, что всякая «новая стратегия» практических действий какого-либо народа оказывается жизнеспособной, социально плодотворной, нравственно перспективной лишь при условии ее существенной опоры на основные достижения всей прошлой историиданного этноса. Поэтому жизненный успех русского разума в претворении глобального будущего человечества будет напрямую зависеть от максимально полного учета главных особенностей исторического развития самого русского народа. Русский разум утвердился на мировой арене в качестве самостоятельной геополитической силы с рождением в IX веке государства Русь, объединившего в пространстве между Варяжским морем и морем Русским восточнославянские и финские племена в одно социальное целое, духовно скрепленное принятием в 988 году князем Владимиром православной религии в качестве официальной идеологии русского государства.

В исторической жизни российского общества, направляемого усилиями русского государственного разума, выделяют две основные эпохи: 1) «традиционного общества», представленного этапами Киевской Руси, Московской Руси и Российской империи; 2) «инновационного социума», обозначенного «коллективистским» умонастроением СССР и «индивидуалистскими» самосознанием постсоветской РФ. Если главной духовной опорой традиционного образа жизни русских народных масс было православие как религиозное выражение их субъективных надежд на обретение счастья вечной жизни, то основным идейным руководством общественной практики современной России служит научно-философский разум, нацеленный на рационально-логическое проектирование исторического будущего человечества в объективных условиях природной среды. Если православная версия мировой истории обещала русским людям торжество в конце времен высшей справедливости, разделяющей на «Страшном суде» род людской на праведников и грешников, на достойных «вечной жизни» и обреченных на «вечное страдание», то научно-философская концепция объективно-исторического развития человечества открывает космические перспективы его вселенского будущего.

Постсоветский этап в развития российского социума стал попыткой идейного сближения, нравственного примирения и практического совмещения в одном социальном пространстве двух очень различных «моделей» исторического будущего  человечества — традиционной и инновационной, «религиозно-консервативной» и «научно-конструктивной». В рамках этой идейной установки был подвергнут публичному осуждению воинствующий атеизм советских времен как «нравственный радикализм», ведущий к социальной и межнациональной конфронтации, а религия вновь утвердилась в качестве духовной опоры власти, тогда как наука была лишена идеологического, мировоззренческого статуса и низведена до уровня технологического подспорья общественного производства, хозяйственного обеспечения бытовых нужд экономики. На практике «идейное» сближение религии и науки привело к существенному понижению потенциалов отечественной научной мысли в теоретическом моделировании мировой целостности, к утрате российской наукой мировоззренческой перспективы в проектировании исторического будущего человечества.

Реализация в постсоветской российской действительности стратегии выравнивания «энергетических импульсов» религиозной традиции и научной мысли привела к закреплению в общественном сознании в качестве абсолютных истин наряду с религиозными догмами также наиболее весомых научных утверждений, превратившихся в «сакральные» ценности современной науки, не подвластные течению времени, закону перемен и рациональной критике. Подобная «сакрализация» научных истин прошлого века не сможет, конечно, обеспечить широкий выход человечества в пространство «безбрежного космоса», неограниченной Вселенной и замыкает жизнь человеческого сообщества сферой «ближайшего космоса» с Землей как «центром мироздания». Следовательно, утвердившаяся ныне в социальном пространстве постсоветской РФ «религиозно-научная» стратегия совместной жизни людей оказывается историческим претворением Библейской версии истории человечества со всеми ее этнокультурными нюансами.

Чтобы преодолеть «земное тяготение» намечаемой ныне руководством постсоветской России библейско-ветхозаветной концепции будущего человечества как осуществления условий сакрального «Договора» между Богом и еврейским народом, не вполне справедливых в отношении других этнокультурных сообществ, необходимо вырваться из локального мира Земли в пространство безбрежного Космоса. Для реализации такого прорыва человечества в «открытый Космос» необходима колоссальная, безграничная по объемам физическая энергия. Но наука ХХ века не допускает возможности подобной концентрации «безграничных» потенциалов энергии, фиксируя их верхний предел принципом постоянства скорости света в вакууме (300000 км/сек) и абсолютизируя этим в понимании мировой целостности законы эвклидовой геометрии прямых линий, когда движение тела по изогнутой траектории трактуется в физическом смысле как бесконечная сумма минимальных прямолинейных перемещений. Человечество сможет вырваться в «открытый Космос» лишь отвергнув абсолютный характер принципа «постоянства скорости света в вакууме», соответствующего нуждам локального общества ХХ века, но не глобальным запросам века нынешнего, нацеленным на постижение универсальных законов мировой целостности, на познание всеобщих зависимостей в космическом пространстве неэвклидовой геометрии — гиперболической и сферической.

Научно аргументированное преодоление «абсолютизации» принципа постоянства скорости света в вакууме было осуществлено автором этих строк более 25 лет назад («Возраст космологического расширения Вселенной в свете некоторых философских допущений». — 41 с. – Деп. в ИНИОН АН СССР 18.01.90, № 40730; «Возраст Вселенной в современной научной картине мира» / Пространство и время в научной картине мира: сб. науч. тр. /Башк. гос. ун-т им. 40-летия Октября. – Уфа, 1991. – С. 88–91; «Темпоральная структура исторического процесса» / Человек – Философия – Гуманизм: тез. докл. и выступл. Первого Рос. филос. конгр. Санкт-Петербург, 4–7 июня 1997 г.: В 7 т. Т. 5. Философия в мире знания, техники и веры. – СПб., 1997. – С. 84–87). Оказалось, что для адекватного воспроизведения динамических параметров в пространстве геометрии изогнутых линий следует заменить при описании физических процессов принцип постоянства скорости света в вакууме (С=300000 км/сек) на принцип постоянства ускорения светового сигнала (С=300000 км/сек2) в космосе («Темпоральная динамика материи в содержании научно-философской картины мира» / Вестник Новгородского государственного университета. – 2006. – № 39. – С. 48–51; «Темпоральная модель глобальной целостности в современной научно-философской картине мира» / CredoNew: Теоретический журнал. – СПб., 2008. – № 1(53). – С. 68–89; «Хронотоп глобальной целостности в научно-философском измерении XXI века» / Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Философия. – 2008. – Т. 6. – Вып. 1. – С. 69-77). Глобальная убедительность предложенного обобщения космических зависимостей становится вполне очевидной для всякого разумного человека на фоне необъятной шири «космической ночи», вполне наглядно свидетельствующей о постоянном ускорении «светового сигнала», исключающем всякую возможность его «зависания» в освещении мирового пространства.

Применение новой постоянной при вычислении возраста Вселенной приводит познающий разум к величине в один триллион двести восемьдесят девять миллиардов лет (1289000000000 или 1,289·1012). Эта величина, установленная в ходе достаточно простых математических вычислений, получает эмпирическое подтверждение на основе обнаруженной зависимости в историческом генезисе основных уровней организации мировой целостности (физической, биологической, биосоциальной, социальной), приводящей к определению длительности существования Вселенной в один триллион двести пятьдесят девять миллиардов лет (1259000000000 или 1,259·1012). Наблюдаемое расхождение между теоретически установленной величиной возраста Вселенной (1,289·1012) и найденной эмпирическим путем величины (1,259·1012) вполне оправдано, так как в теоретическом вычислении мы постигаем процесс в его идеальных пределах, которые не реализуются полностью в эмпирической ситуации и потому не требуют всего объема теоретически необходимого времени («Темпоральные основы развития мировой целостности» // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.16879, 10.10.2011).

Однако теоретическая догма о «постоянстве скорости света», утвердившаяся в физической науке более века назад, продолжает оставаться генеральным руководством научного опыта и в современной физике. Эта «непробиваемость» указанного принципа вполне очевидными «научными фактами» требует от приверженцев данных фактов какого-то разумного объяснения: такой защитной стеной для функционирования в современной науке устаревших принципов служит «социальная привычка». Наблюдая на протяжении четверти века полное замалчивание научным сообществом полученных мной результатов в описании мировой целостности, не слыша от коллег по научному цеху никаких оценок правомочности или ошибочности предлагаемой «сверхсветовой» концепции в описании «открытого»,  «большого Космоса», мы вынуждены признать главным препятствием на пути утверждения новых идей в современной науке «социальный фактор»: ни один из «авторитетов» от современной физики ни в коем случае не допустит подрыва своего профессионального престижа путем признания справедливости совершенно иной точки зрения, отличной от его собственной, в пониманиихарактера физических взаимодействий.

Но интеллектуальная борьба за «профессиональный престиж» предполагает в науке критику «ложных мнений»: в моем случае никакой критики предложенной концепции «сверхсветовых параметров» физических взаимодействий не было, а представленные мной результаты элементарных вычислений просто игнорируются. Поскольку «молчание» совершенно не вписывается в «критическую парадигму» научного мышления, постольку приходится признать, что стремление к «сокрытию» от интеллектуального сообщества актуальных для дальнейшего развития науки новых фактов исходит не от естественнонаучного, а от социально-идеологического сознания, настроенного на подавление творческих потенциалов намечаемого прорыва человечества в «открытый Космос». Судя по всему, идейная динамика «постсоветской» российской науки определяется нынене стремлением к «истине», аособым «земным тяготением» генеральных общественно-политических кругов страны, настроенных в своих практических действиях в унисон с библейско-ветхозаветной логикой истории человечества.

Сегодня перед всем мировым сообществом и прежде всего перед российским социумом, представляющим созидательные силы северной цивилизации, стоит проблема выбора глобального будущего человечества. Это будущее в своем объективном измерении может быть представлено в виде двух альтернативных глобальных проектов – «универсального Космоса», открытого для свободной научно-исследовательской экспансии землян, и «локального Космоса», ограниченного пределами Солнечной системы. Субъективные начала этих противоположных проектов будущего человечества обнаруживаются в библейском мировоззрении древнего Израиля и научно-философском разуме  советских народов во главе с русским народов как их социальным лидером (Идейные начала современного «русского мировоззрения» в научно-философской концепции «онтологического символизма» // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.22199, 16.06.2016).

Сегодня каждый гражданский лидер любого социально-политического движения в России должен однозначно определиться в своем выборе глобального будущего человечества и в понимании роли русского народа в его реализации: какой проект в созидании будущего он поддерживает — религиозно-библейский или же научно-советский, ветхозаветного традиционализма или же русского космизма? Попытка ученых и политиков уйти от принципиального решения этого вопроса, отмолчаться, спрятать от масс собственную позицию, должны быть признаны как их стремление идти вслед за Кремлем, утверждающим «по умолчанию» приоритеты ветхозаветной идеологии в жизни современного российского социума. Таким образом, наша заметка обозначает начало социального эксперимента по проверке общественно-политических движений на соответствие творческим запросам «русского духа», нацеленного на освоение безграничных просторов мирового космоса.

Все остальные проблемы российского социума отступают на второй план по сравнению с решением принципиального вопроса о русском выборе концептуальной модели своего глобального будущего: существенное снижение научного потенциала современной российской державы все более явно грозит ей в ближайшем будущем историческим крахом в результате нарастающего политико-экономического и военно-технического давления западной цивилизации. Если согласиться с Эйнштейном в утверждении абсолютного характера скорости света, то следует признать, что русский народ обречен, как и все другие народы, быть в зависимости от финансового могущества Израиля; если же Вселенная безгранична по своим качественным возможностям, то русский народ станет первопроходцем в освоении необъятных космических просторов. Верю, что «русские патриоты» скажут свое веское слово в историческом выборе глобального будущего человечества

 

Гореликов Л.А. – д.ф.н. РФ и Украины, профессор, академик Ноосферной общественной академии наук.